“Старшина”

“Старшина”

Брест. Улица Советская, конец 50-х годов.

В 50-е годы на улице Советской примелькалась довольно колоритная фигура грустного мужчины, одетого в летнее время в просторные штаны- балахоны с пузырями на коленях, рубашку без воротника с застёгнутыми рукавами. На могучем загривке – голова с одутловатыми, как у хомяка, щеками, на ней – кепка-блин, прикрывавшая то ли лысину, то ли обритую наголо голову. На ногах – растоптанные парусиновые неопределённого цвета туфли. Весёлые глаза на широком  лице, излучавшем доброжелательность ко всем, кто встречался с ним взглядом. Его имя для многих знавших его осталось неизвестным. Он охотно отзывался на кличку «Старшина». Как оказалось, она досталась ему, как память о его воинском звании, которое он носил в 1941 году, служа в гарнизоне Брестской крепости.

Всё дневное время «Старшина» проводил на улице Советской, которая в то время стала галереей пивных и продовольственных ларьков. От Мицкевича до Интернациональной «Старшина» ежедневно совершал их обход, неоднократно повторяемый им в течение дня, делая остановки у ларьков, возле которых всегда толпились люди с кружками в руках, запивая разговоры хорошими глотками пива. «Старшину» приветствовали, как всеобщего друга и приятеля. Не знавшие его охотно знакомились, и все наперебой старались опередить друг друга, заказывая ему один, второй бокал свежего бочкового пивка. Удовлетворившись и приятно побеседовав, «Старшина» покидал компанию, чтобы на следующем перекрёстке встретить новую и повторить всю процедуру заново.

Его история драматична и связана с событиями 22 июня 1941 года.

В субботу, 21 июня, после окончания службы бравый старшина отправился отдыхать в один из ресторанов Бреста и «отдыхал» в нём вплоть до закрытия, после чего, перегруженный алкоголем и вкусными закусками, отправился восвояси. По дороге в крепость он присел  отдохнуть на одной из уличных скамеек и заснул крепким сном праведника. Проснулся от толчков в живот чем-то железным. Оказалось стволом автомата одного из двух набредших на него немецких солдат. Война для старшины началась и закончилась одновременно. В отличие от многих своих сослуживцев, уснувших навеки в те утренние часы, старшину ждал четырёхлетний страшный гитлеровский  плен. Ему повезло. Он выжил сначала в немецком лагерях, а потом в сталинских.  Вернулся в Брест: место пленения и точку отсчета трагедии его жизни. О чем он думал, перенеся ужасы плена, тяготы и лишения статуса бывшего военнопленного?  Думал ли? А может просто радовался тому, что можно гулять по Советской.

50-е годы прошлого века. Улица Советская. Кинотеатр «1 Мая» («за польским часом» назывался «Adriа»). Рядом — самая старая на то время художественная фотография, помнящая еще довоенное время. Оживленное место для торговли разливным пивом. Рисунок В. Губенко

Из воспоминаний В. Губенко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.